• olerskay

Ох уж эта домашняя работа! Часть 2. Внутренняя позиция ученика.

Пост обновлен янв. 6

РУБРИКА "Ох уж эта домашняя работа!"


ВНУТРЕННЯЯ ПОЗИЦИЯ УЧЕНИКА

Сегодня мы рассмотрим одну из тех причин, которые находятся, на мой взгляд, в корне проблемы низкого прилежания в домашней работе, а именно, ВНУТРЕННЮЮ ПОЗИЦИЮ УЧЕНИКА. Напоминаю, мы будем вести разговор преимущественно о занятиях в младших классах, хотя многое из того, что справедливо для малышей, может быть актуальным и на последующих этапах.

Итак, мы с вами прекрасно знаем, что занятия музыкой требуют немало времени на самостоятельную работу, гораздо больше, чем любой иной школьный предмет. А поскольку многие дети воспринимают занятия музыкой, как нечто дополнительное, то они совершенно искренне не понимают, почему они должны тратить на это, ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ, занятие столь много времени, да ещё так сильно напрягать мозг. Ребёнку придётся потеснить прочие свои дела, чтобы соответствовать программе по фортепиано, однако не все дети готовы к такой, своего рода, жертве, к такой отдаче. Тем более, если у ребёнка способности слабые, ему потребуется времени ещё больше, чтобы почувствовать результат своей работы, а в итоге, всё равно очень хорошо у него не получится. Зачем же тогда вкладывать много времени в то, что в любом случае не принесёт достойных результатов? Не лучше ли побольше заниматься тем, в чём у него есть способности или желание? Так значит, наши ученики, недорабатывая дома, тоже по-своему правы? И дело не только в лени и неорганизованности. Такова их позиция, порой даже и не вполне осознанная. В принципе, для нас, педагогов, даже не столь важно, правы они в этом или нет, гораздо большее значение для нас имеет то обстоятельство, что такая их позиция имеет место и препятствует хорошему обучению.

Но у нас позиция иная. Мы не можем позволить себе считать, что дети такие загруженные, они ничего не успевают, и давайте их жалеть - пусть играют «чижика». Такой подход не принесёт учащимся пользы. Они просто не научатся играть на фортепиано!

Итак, между учителем музыки и ребёнком, существует противоречие, которого избежать просто невозможно, и нам понадобится довольно сильное влияние, которое мы должны будем оказывать на учеников, если хотим, чтобы они вообще научились играть, а тем более научились это делать хорошо.

Этого противоречия не возникает только тогда, когда мы имеем дело с профессионально ориентированными детьми, либо с ребятишками, которые сами очень сильно хотят научиться играть на фортепиано и внутренне готовы принести жертву своим свободным временем и готовы на всё, лишь бы только хорошо учиться по фортепиано. Они знают, чего хотят, они избрали музыку своим умом и сердцем, и мы идём с ними в ногу. А когда мы требуем у них заниматься больше, возникает только лишь напряжение, но не противоречие. Поэтому наше требование дисциплины добавляет им силы.

Наше влияние на детей довольно велико, но не абсолютно. В своих основах ребёнок останется таким, какой он есть от природы. Даже родители могут повлиять на ребёнка лишь в определённой мере. Будь это не так, дети из одной семьи были бы очень похожи друг на друга.

А вот ВЛИЯНИЕ ОБУЧАЮЩЕЙ СИСТЕМЫ на ребёнка действительно огромно, только влияет она, главным образом, не на самого ученика, а на то, что он делает в процессе обучения! Обучающая система - это некая матрица, растянутая во времени, встраиваясь в которую, ученик шаг за шагом делает простые вещи, а пройдя все шаги, на выходе получает ощутимый результат. Чем проще шаги, тем совершеннее матрица. Вот почему способные ученики обучаются хорошо. Шаги матрицы для них доступны. Но попробуйте дать способному ребёнку сильно завышенные требования, которые для него сложны так, что он не может их в нужной степени понять и выполнить, продержите ребёнка на таких требованиях хотя бы года два – и вы не получите результата, а получите разочаровавшегося в себе неумеху. Конечно, никто таких экспериментов над детьми ставить не будет, но мы с вами и так знаем, что это правда. Ведь порой, двигая ученика, мы забегаем слишком далеко вперёд и замечаем, что рост ученика прекращается, и тогда мы возвращаемся к задачам, соответствующим этапу обучения, и рост возобновляется. Однако, слабые дети и дети средних способностей в музыкальной школе постоянно находятся в такой непростой ситуации, когда шаг обучающей системы для них слишком велик, особенно учитывая малое количество домашней работы. Поэтому, нет ничего удивительного в том, что нередко их учёба не приносит в итоге ни удовлетворения, ни качественно хороших результатов. И это, конечно же, не способствует увеличению количества самостоятельных занятий. Возникает порочный замкнутый круг:

С одной стороны:

Сложные задания не прибавляют готовности к домашней работе – и дети занимаются дома меньше, чем могли бы, если бы задания были проще, понятнее и были бы более интересными по отношению к их детскому уровню восприятия мира.

С другой стороны:

Дети мало занимаются дома – а поэтому задачи выглядят для них сложнее, чем они были бы, если бы дети занимались дома больше.

Возникает вполне обоснованный вывод – раз мы не можем напрямую увеличить время домашней работы у детей, так как не живём с ними в одном доме и не являемся их родителями, то нам следует сделать у начинающих домашнюю работу проще. Однако, куда ещё проще, думаем мы. Слабые дети и так играют такие бирюльки! Но они и с ними плохо справляются! И вот здесь мы подходим к самому главному. Возможно, проблема состоит не в сложности самого материала пьес, а в МНОГОЗАДАЧНОСТИ деятельности пианиста. С опытом мы привыкаем, и не замечаем трудностей. Но для начинающего, многозадачность становится камнем преткновения. Ведь малышу требуется одновременно: прочитать ноту, ритм, аппликатуру, проследить за правильностью движений рук, выполнить штрихи, фразировку, динамику, да ещё показать характер пьесы – и всё это организовать в непрерывном отрезке времени. Давайте рассмотрим простой бытовой пример. Мы с вами можем без труда идти по улице, разговаривая по телефону, обходя лужи, одновременно мы можем грызть яблоко, следить за дорожным движением, поприветствовать кивком соседку, прочитать вскользь афишу, купить газету в киоске и всё это мимоходом и без напряжения. А теперь представим себе малыша, который только учится ходить. Ведь все его усилия направлены на то, чтобы сделать шаг, потом ещё шаг и ещё. Он держится за диван, за руки мамы или за что-то ещё, и он просто физически не сможет сейчас ещё грызть яблоко и делать что-то одновременно, так как полностью поглощён одной единственной задачей. Он может разве что улыбнуться вам и издать радостный возглас, да и то, при этом, скорее всего, он сначала на несколько секунд остановится.

Наиболее часто применяемый путь упрощения – это упрощение изучаемого материала пьес. Но для начинающих это мало что значит, так как многозадачность остаётся. И вместо того, чтобы эффективно изучать элемент за элементом, малыш сидит, с тоской глядя в ноты и не может как следует увязать одно с другим и сделать всё так, как требует учитель. И постоянно у него то аппликатура не та, то в ноте ошибся, то ритм страдает, то басовый ключ забыл, а уж про штрихи и характер, да ещё и про пианизм помнить - О, нет! - протестует его натура! Увеличению времени и эффективности домашней работы такое положение дел никак не способствует – ведь мало того, что ребёнок будет выделять на музыку время, он ещё и не получит от своей самостоятельной работы результата. А постепенно, вся эта ситуация складывается в парадигму – зачем мне вообще заниматься дома, если толку от моих занятий так ничтожно мало.

Но достаточно отказаться от многозадачности на этапе приобретения первоначальных навыков, как дети начинают с большей готовностью заниматься дома. Почему? Потому что им это проще, понятнее и они видят результат. Нам крайне сложно выбрать оптимальную ширину обучающего шага, и исключить на первых порах многозадачность, если мы ставим во главу требований репертуар, в то время как ученики средних и слабых способностей в младших классах испытывают огромные трудности с ритмом, нотами и техникой.

Как я решаю проблему многозадачности? Об этом будет рассказано в отдельной заметке и есть множество материалов на сайте. Здесь скажу лишь вкратце, мы играем ручные пьесы-упражнения, основанные на повторяющихся элементах, которые объясняются на клавиатуре – и таким образом формируем навык игры довольно быстро, так как нам не мешают ноты. Детям это понятно, доступно, и это им легко повторить дома, тем более, что мы используем фонограммы, а это создаёт для ребёнка дополнительный интерес в домашних занятиях. В начале мы не опираемся на нотный текст, ведь ноты мы только начинаем изучать, а как можно опереться на то, что не умеешь!? Параллельно мы учимся читать ритм – здесь мы идём семимильными шагами по специальной книге. Параллельно чуть позже подключаются нотные азбуки. По каждому аспекту ребёнок получает домашнее задание, в итоге он тренируется дома и в игре пьес, и в чтении нот, и в ритме. Но всё это идёт отдельными пунктами, а поэтому для ребёнка это проще, и он с большей готовностью занимается дома. Поскольку задания простые (не составные, не многозадачные), то дети имеют в их выполнении ощутимый результат, а успех в свою очередь, усиливает интерес и готовность заниматься ещё. При этом домашнее задание может быть даже очень большим, но оно разделено на элементарные задачи. Способные и трудолюбивые дети проходят этот период разделения задач примерно за полтора года. У очень слабых детей он может растянуться на 4 года и даже, в отдельных случаях, на 5 лет. Это не значит, что вопросы репертуара не ставятся, и дети ничего не играют. Просто акцент на этом этапе ставится на другие параметры, а репертуар выстраивается исключительно по потребностям техники и воспитания качественного навыка чтения нот, без жёстких жанровых привязок.

Одна женщина, у которой в своё время закончил музыкальную школу сын, а спустя годы у меня, но уже по этой методике, учился внук сказала мне как-то: «Ничего не понимаю – Егор (сын) занимался больше, его приходилось заставлять, но играл он хуже; Никиту (внука) заставлять не нужно, занимается меньше, с удовольствием, но играет лучше». Конечно, все дети разные, но определённое влияние обучающих систем всё же в этих словах прослеживается.

Когда задания становятся более элементарными и понятными, а результаты их выполнения ощутимыми и конкретными, появляется элемент «Я МОГУ». При этом, видя свой успех, ребёнок имеет больше шансов увлечься занятиями. А его собственный интерес в свою очередь влияет на его ВНУТРЕННЮЮ ПОЗИЦИЮ по отношению к домашней работе. Под воздействием интереса и растущей уверенности в себе рождается элемент – «Я ХОЧУ». И именно этот элемент в корне воздействует на ВНУТРЕННЮЮ ПОЗИЦИЮ РЕБЁНКА, потому что его побуждающий к занятиям мотив «Я ХОЧУ» опрокидывает позицию жертвования личным временем, или, по меньшей мере, ослабляет её.

Дорогие коллеги, пожалуйста, пишите в комментариях, что вы применяете для того, чтобы ослабить ощущение жертвенности во внутренней позиции учеников по отношению к домашней работе. Давайте договоримся, что слово «жертвенность» мы будем употреблять в широком смысле и подразумевать под ним различную степень сопротивления и нежелания заниматься дома.

  • Odnoklassniki Social Icon
  • Vkontakte Social Icon
  • Facebook Social Icon

© 2017 «ЕКАТЕРИНА  ОЛЁРСКАЯ». Сайт создан на Wix.com