• Odnoklassniki Social Icon
  • Vkontakte Social Icon
  • Facebook Social Icon

© 2017 «ЕКАТЕРИНА  ОЛЁРСКАЯ». Сайт создан на Wix.com

  • olerskay

Ох уж эта домашняя работа! ЧАСТЬ 3. Многозадачность в обучении младшеклассников.

Пост обновлен янв. 6

РУБРИКА "Ох уж эта домашняя работа!" ЧАСТЬ 3 МНОГОЗАДАЧНОСТЬ В ОБУЧЕНИИ МЛАДШЕКЛАССНИКОВ


До боли знакомые каждому преподавателю начального фортепиано фразы: «Какая нота? Не тот палец. Считай вслух. Что в левой? Сделай крещендо. Ровнее пассажик. Здесь стаккато. Какие знаки при ключе? Не прогибай палец, опусти плечи, расслабь руку. Выучи, наконец, аппликатуру!!»

Можно ли этого избежать? Нет, конечно, нет! Многозадачность сама по себе – явление для деятельности пианиста естественное. Более того, возможно именно многозадачность и является одним из тех волшебных пунктов, которые развивают интеллект ребёнка, обучающегося фортепианной игре. Хочешь не хочешь, а приходится следить одновременно за многими параметрами, да ещё делать это в определённом ритме и в едином темпе. Совершенно невозможно научиться играть на фортепиано и не столкнуться с многозадачностью, обойти её или перехитрить. Игра на фортепиано - это высокоорганизованная интеллектуальная и физическая деятельность, состоящая из множества элементов, связанных с памятью, координацией, способностью расшифровывать знаки, способностью мыслить и организовывать движения в строгих временных отрезках, деятельность, задействующая широкий спектр эмоций, способность внутреннего их переживания и воплощения в музыкальных художественных образах, деятельность, опирающаяся на знания, не применяемые в обычной повседневной практике, а сугубо специфические, профессиональные.

Однако на первых порах обучения многозадачность мешает. Мешает и сама по себе, и в том смысле, что не даёт спокойно, шаг за шагом разобраться с отдельными проблемами, возникающими в процессе обучения. Многозадачность – это самая большая трудность, с которой сталкивается начинающий пианист. Только он исправил аппликатуру, оказывается, что допустил ошибку в ритме, исправил ритм, а про диез забыл, исправил ноту - рука зажалась, и так бесконечно! В общем, ребёнок теряется от всего этого калейдоскопа новых и не до конца понятных вещей, навык по отношению к которым, у него, конечно же, пока отсутствует. В итоге дети долго испытывают трудности с ритмом, техникой, нотами. И очень сильно мешает многозадачность начинающим пианистам в вопросе осмысления и понимания того, что они делают и, в частности, того, что им задают на дом. Чтобы понять целое, нужно хотя бы на базовом уровне понимать, из чего оно состоит.

Я высказываюсь не против того, что задач много и не против того, что все эти задачи нужно выполнять одновременно, ведь это неизбежно! Но, на мой взгляд, ПРОБЛЕМА ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО ВСЕ ЗАДАЧИ ТРЕБУЕТСЯ ВЫПОЛНЯТЬ ОДНОВРЕМЕННО С САМОГО НАЧАЛА ОБУЧЕНИЯ, В ТО ВРЕМЯ КАК УЧЕНИК ЕЩЁ НЕ УМЕЕТ СПРАВЛЯТЬСЯ С КАЖДОЙ ЗАДАЧЕЙ В ОТДЕЛЬНОСТИ! Проблема в том, что, когда мы начинаем обучать ребёнка, с первых шагов ориентируясь на репертуар, и разучивая произведения по нотам с первого класса – то мы лишаем ребёнка возможности внимательно ознакомиться с каждым аспектом новой для него деятельности, сделать это планомерно, шаг за шагом. А происходит это в хаосе, когда разнообразные трудности «толкают» друг друга, и когда освоение одной задачи мешает пониманию другой. Таким образом, деятельность, состоящая из нескольких простых элементов, превращается в запутанный клубок с множеством узелков, а ученики средних и слабых способностей, в первые три-четыре года играют так беспомощно, что испытывать при этом какие-то эмоции, кроме тоски, могут только самые убеждённые оптимисты.

Методика «Ручные пьесы-упражнения» предлагает на начальном этапе отделить друг от друга игру на инструменте, ритм и изучение нот настолько, насколько это возможно. Формирование навыков игры опирается на игру специальных пьес-упражнений, разучиваемых с объяснения учителя и при помощи несложной словесной записи, ритм изучается по учебнику «Его Величество Ритм», ноты – по нотным азбукам. При таком подходе ребёнок воспринимает информацию и приобретает навыки более осознанно и справляется с задачами легче, это действительно положительно влияет на готовность учащихся больше и эффективнее заниматься дома. Домашняя работа может быть большой, но состоящей из простых задач – и ребёнок готов её сделать. Однако если задание даже совсем маленькое, но трудно координируемое его неопытным детским умом, ребёнок будет сопротивляться.

У разделения задач в педагогическом отношении есть ещё один, быть может, наиболее глубокий смысл. Интеллектуальные, ритмические и технические данные у одного и того же ребёнка зачастую имеют неодинаковый уровень. Например, технические способности у многих детей развиваются быстрее, чем интеллект. Либо, наоборот, слишком слабые от природы руки, плохая координация при хорошей памяти и интеллекте могут вывести вперёд навык чтения нот. А очень слабое природное чувство ритма, если работу над ним не обособить в начале обучения, будет тормозить весь процесс. Представим себе это в виде такой фантастической картины, что быстроногого далматинца запрягли в одну упряжку с милым, но толстеньким и неуклюжим французским бульдогом. Вынужденные подстраиваться друг под друга, далматинец не сможет проявить своих великолепных качеств бегуна, а бедняга бульдог будет выбиваться из сил, делая то, что ему не свойственно, вредно и не под силу. Далматинец пробежался бы на славу, да бульдог не позволяет. И бульдог просеменил бы потихоньку, да далматинец так тянет упряжку, что хочется толстячку лечь камнем и ни с места не двигаться. Не лучше ли, в таком случае, каждому в своём темпе пройти необходимую дистанцию. Когда мы имеем дело с одарёнными детьми, то их интеллектуальные, координационные, физические (по отношению к фортепианной игре) способности, как правило, выровнены. Но стоит только какому-то одному аспекту быть не на высоте, как вся «упряжка» развития навыков, начинает страдать. Если же мы в начале отделим одно от другого, то мы, во-первых, дадим сильным качествам вырваться вперёд, во-вторых, дадим ребёнку без стрессов разобраться с тем, в чём он не силён от природы. Мы, конечно всё равно столкнёмся с многозадачностью, когда начнём постепенно соединять элементы. Но пусть хотя бы ученик успеет до этого момента достичь определённых результатов в каждой отдельной области обучения, чтобы ему было на что опираться.

Итак, разделяем! Отдельно – игра, отдельно – ритм, отдельно – ноты.

Игра – с объяснения учителя, без нотной записи ;

ритм – по специальной книге;

ноты – по нотным азбукам.

То есть, учимся всему этому по-отдельности, а потом уже объединяем. И вот тут мы встречаемся с необычным препятствием. Его нет в реальности, однако оно есть в иллюзиях, в сложившемся стереотипе и вселяет необъяснимый ужас в приверженцев традиционной системы. А именно – страх перед продолжительным безнотным обучением! «Катя, что ты делаешь? Ученики просто не захотят потом играть по нотам! Их не переучишь!» - говорили мне многие опытные преподаватели, когда я только начала практиковать долгий и основательный безнотный период в воспитании исполнительских навыков. Но откуда им было знать, что будет, если они никогда серьёзно не пробовали делать этого, причём, делать не спонтанно, а в системе! Заметьте, я не говорю о безнотном периоде вообще, а только применимо к исполнительскому аспекту на начальном этапе. Потому что ноты ведь мы изучаем! Только сначала мы читаем их по нотным азбукам, и лишь обретя навык, переносим его в разучивание пьес. Вопреки опасениям моих коллег, опыт показал обратное, и большинство учеников перешли в нотный период мягко и уверенно.

Я не говорю обо всех. Всегда есть некоторый процент учащихся, для которых нотная грамота до определённого возраста воспринимается абстрактной грудой закорючек. Но чтение нот и физическое приспособление к инструменту – это два очень разных вида деятельности, каждый из которых уже сам по себе сложен и требует высокой концентрации внимания, большого старания и тренировок. Вполне возможно, что наш юный пианист в игре окажется не столь беспомощным, как в чтении нот. Тогда, при отделении нот от игры, он сможет раскрыться, и дома такой ребёнок может очень даже хорошо заниматься и достигать результатов. Если же этого не сделать, не убрать из его исполнительства ноты на начальном этапе, то способность к игре у такого ребёнка не раскроется НИКОГДА! Стоит заставить его играть произведения по нотам, пока он к этому ещё не готов, и крышка его домашнего пианино закроется на сто замков.

Для ребёнка с обычными среднестатистическими и слабыми способностями – продолжительный безнотный период – это единственный путь достижения более или менее адекватной скорости и эффективности обучения на начальном этапе. Ведь чаще всего такие ученики долго не могут научиться нормально читать нотный текст, и за это неумение цепляется весь учебный процесс, как вязаное платье за кустарник с длинными колючками, так что мы основательно застреваем на самом входе в прекрасный мир музыки. Ребёнок вместо того, чтобы тренироваться дома в том, что ему доступно и понятно, занимается болезненными попытками прорваться через недружелюбные заросли препятствий.

В какой-то момент моей преподавательской карьеры, для меня стал совершенно очевидным тот факт, что нужно воспитывать начальную техническую основу владения инструментом в более благоприятных условиях, а именно, в условиях полной концентрации на движениях и ощущениях, на возможности формировать и тренировать их без необходимости отвлекаться на ноты. Это ребёнку более понятно, и он может эффективно отрабатывать технические аспекты игры дома.

Когда я только начала присматриваться к увеличению безнотного периода, я столкнулась с ещё одним препятствием. Оказалось, что учить пьесы без нот тоже очень трудно. Гораздо проще и полезнее было бы практиковаться в упражнениях. Однако играть упражнений столько, сколько нужно для формирования и развития технических навыков, для начинающих слишком скучно. Поэтому для воплощения идеи я решила написать специальные пьесы-упражнения. Именно они помогли мне уйти от многозадачности на первых этапах обучения. Текст пьес-упражнений проблем не содержит, так как основывается на повторяющихся элементах, а поэтому всё внимание уходит на отработку техники. Я, кстати, не говорю ребятам, что они играют пьесы-упражнения, для них это просто пьесы, которые они готовят к концерту. Когда пьеса выучена, к работе периодически подключаются фонограммы. Фонограмма вынуждает ребёнка добиваться результата в домашней работе. Ведь попробуй-ка, сыграй пьесу с фонограммой, если текст плохо выучен. Вот и тренируется ребёнок дома, повторяет и повторяет, чтобы получилось сыграть с фонограммой. Пока он играет без фонограммы, он даже и не знает, что пьеса недоучена – ну, подумаешь, замедлил пару раз, чуть задумался на сложных моментах, где-то ритм не так сыграл – начинающий пианист не замечает этого, не придаёт маленьким оплошностям значения. А фонограмма все его ошибки выявляет, и ребёнку становится понятно, что и где нужно выучить лучше. К тому же, его увлекает красивое звучание, которое он слышит играя с оркестровым ансамблевым партнёром, и это тоже увеличивает время домашних занятий.

Такой подход в домашней работе даёт ребёнку в первую очередь ясность, доступность и очевидность задач. Во-вторых, дети сами чувствуют результат своей работы, который вдохновляет их, придаёт их работе значительно большую осмысленность и мотивирует на дальнейшие улучшения результатов. И в-третьих, техника игры у начинающих пианистов, освобождённая на начальном этапе от дебрей многозадачности, развивается значительно быстрее.

Ну, а то, что ноты мы сначала изучаем по азбукам, значительно уменьшает «нотный стресс», и дети самостоятельно учат нотные упражнения дома. Ведь даже обучая детей обычному языковому чтению, используются азбуки, буквари, прописи, хотя языковое чтение освоить несравнимо легче, чем нотное и, к тому же, к моменту освоения букваря, ребёнок уже умеет разговаривать и понимать речь! Почему же в музыке мы бросаем ребёнка сразу в пучину выучивания произведений по нотам без предварительной нотной «азбучной» подготовки и без подготовки исполнительской, технической? Он пришёл, ничего не зная и ничего не умея, а мы высыпаем перед ним большой мешок с пазлами – вот тебе головоломка, разбирайся, дружочек, если сможешь, а не сможешь – значит профнепригоден! Ну, что же, может быть и профнепригоден, но это же не лишает ребёнка права научиться играть на фортепиано! К тому же, может быть, он просто пока интеллектуально не дорос до таких трудностей. В нотных азбуках ребёнок концентрируется только на нотной грамотности, ведь ему не нужно готовить упражнения к академическому концерту. Это сужает и облегчает задачу, поэтому степень концентрации именно на нотах увеличивается. Учащийся учится читать ноты сходу, он играет множество упражнений, в которых трудности возникают не хаотично, как в пьесах, а шаг за шагом в строго определённой последовательности.

Что касается ритма, то если его обособить и регулярно понемногу заниматься им, то он становится настолько простым, что можно разобраться с чтением ритма раз и навсегда в младших классах. Мы, конечно, будем продолжать сталкиваться в произведениях с ритмическими трудностями иного порядка, такими как ровность, единство темпа, сложная полиритмия, ощущение агогики и естественности ритмического развёртывания мелодии в музыке различных жанров и эпох. Но элементарное чтение ритмического рисунка – это то, с чем удаётся справиться в первые годы обучения даже со слабыми в ритмическом отношении учащимся. Для этого не требуется грандиозных усилий. Достигается ритмический автоматизм довольно легко, без малейшего стресса, если обособить изучение ритма, вычленить его поначалу из общей «упряжки» и уделить ему внимания столько, сколько требуется для каждого конкретного ученика.

Невозможно воплотить разделение задач в педагогическую практику, если контрольные точки в обучении полностью ориентированы на репертуар. В моей рабочей программе подход к репертуарным требованиям гибкий и, что самое главное, в первые годы обучения нет обязательных жанровых требований! О каких жанрах может идти речь, когда мы занимаемся строительством фундамента? Технические задачи, ритм и чтение нот – вот то, чему уделяется пристальное внимание. В программе есть обязательные зачёты, в том числе по ритму и по чтению нот, в которых требования не формальные, а предлагается показать реальную работу ученика на том уровне, на котором он в данный момент находится. Нельзя спешить и идти по верхушкам. Есть вещи, которые должны быть проработаны, потому что, когда начнут включаться новые задачи, и многозадачность предстанет перед учеником во всей своей красе, ребёнок должен быть оснащён элементарными навыками и подготовлен к их соединению.